Inter-view.org :: беседы с интересными людьми
Елена Беркова
люди
регионы
СМИ
журналисты
 
 В системе:  Людей: 1150    Интервью: 1753    СМИ: 128    Журналистов: 286   


Логин:  
 
Пароль:  
Регистрация   Забыли пароль?

Интервью У меня на даче детский сад


Вячеслав Тихонов


К биографии →
К списку комментариев →


Размер шрифта:  -  +

Из биографии: Родился 8 февраля 1928 года в городе Павловском Посаде Московской области. Отец - Тихонов Василий Романович, работал механиком на ткацкой фабрике. Мать - Тихонова Валентина Вячеславовна, была воспитателем в детском саду. Супруга - Тихонова Тамара Ивановна (1944 г. рожд.). Дочь - Тихонова Анна Вячесл... Читать полностью


Сейчас тусовка про чуть промелькнувшего в телесериале актера восхищенно молвит: ну, брат, ты великий! Сейчас все мельчает и обесценивается. Но, слава Богу, есть еще непоколебимые глыбы, столпы. Вячеслав Тихонов велик по-настоящему, без нюансов и обиняков. Тончайший мастер, главный красавец 70-х.

Но и к великим приходит старость. Нынче Тихонов чурается людей, не выходит в люди. Он остался наедине с самим собой. В фильме Эльдара Рязанова “Андерсен” он сыграл Бога. Куда уж дальше? Актер-легенда нашего кино дал интервью “МК”.

— Вячеслав Васильевич, как вы сейчас себя чувствуете?

— Ну как может себя чувствовать пенсионер на 80-м году жизни! Но в каком плане чувствую: в смысле здоровья или в смысле творчества?

— В смысле здоровья, конечно.

— Ничего, держусь. Надо держаться. У меня тут на даче домашний детский сад. Внуки скучать не дают. Так что приходится уже жить ради этого. Я и построил свою дачу, чтобы семья здесь могла жить. Вот думают: а, у него дача, он там лежит, книжки почитывает, гуляет. Но так уже не получается. Здесь живет семья Анина: Аня, Коля, двое мальчишек замечательных и няня еще плюс ко всему. А домик-то у меня не рассчитан для этого, но уж как-то стараюсь. Все для них. Так что живу и привыкаю к новым условиям.

— Вячеслав Васильевич, вы богатый человек?

— Бога-а-атый? Это определение не свойственно людям моего поколения. Когда мы работали в кино, у каждого была ставка, о деньгах не думали. Богатым я никогда себя не ощущал и не жалею об этом. Мне жаль тех людей, у которых полные карманы денег. Я им не завидую. Им труднее, а мне легче жить. У меня есть пенсия, все нормально. Было время, не скрою, когда приходилось сдавать макулатуру и стеклотару. Я это делал тогда, чтобы на эти деньги купить что-то для маленькой дочки. Я богатый тем, что много людей смотрели, смотрят и, надеюсь, будут смотреть те небольшие картины, которые я сделал.

Самая первая моя картина — “Молодая гвардия”. Там из моих друзей, с кем я учился, снимались еще Сережа Гурзо, Володя Иванов, который играл Олега Кошевого, Нонна Викторовна… За фильм они стали лауреатами Сталинской премии. А потом уже появился Станислав Ростоцкий, который вопреки всему предложил меня на главную роль в фильме “Дело было в Пенькове”. Художественный совет сначала меня не утвердил. Но во мне-то уже жил этот деревенский парень Матвей. Я знал таких, как он, поскольку сам из ремесленного училища. И чтобы не падать духом, взял себя в руки, занялся дубляжом иностранных картин. А недели через две звонит ассистент по актерам со студии Горького: “Завтра во столько-то на грим, одеваться”. Я ничего не понял: “Куда одеваться?” — “Сниматься в “Дело было в Пенькове”. И началась моя работа в картине, которая в моей творческой биографии, может быть, занимает первое место.

— И все-таки считается, что главная ваша роль — штандартенфюрер Штирлиц. Но, может, в дальнейшем Штирлиц стал для вас проклятием — ведь вам, разностороннейшему актеру, трудно уже было выйти из этого положительного образа?

— Я не могу сказать, что роль разведчика Максима Максимовича Исаева стала моим проклятием. Проклятием может быть роль, которую неудобно и стыдно вспомнить. А здесь мы снимали очередную картину о разведчиках по Юлиану Семенову. Замечательных актеров набрала Татьяна Михайловна Лиознова! С ними было так легко. Чем лучше тебя окружают артисты, чем они глубже, интереснее, тем больше и ты в себе открываешь какие-то новые качества, творческие и человеческие. Когда по телевидению пошла первая серия “Семнадцати мгновений…”, меня в Москве не было. Я снимался на Валдае, в картине “Фронт за линией фронта”. Но до меня доходили слухи, что все смотрят про Штирлица, и все спрашивали: “Ну что там будет в следующих сериях, расскажи, он останется жив или нет?” А раз люди так близко к сердцу приняли этот фильм, то мне еще больше хотелось трудиться, чтобы и к другим картинам зрители не оставались равнодушны. Так что проклятия не могло быть, а только гордость, что я снимался с такими актерами, как Ростислав Янович Плятт, Женя Евстигнеев, дорогой наш Мюллер Леонид Броневой…

— А вы много знаете анекдотов про Штирлица?

— Ну вот, Саша, мы с большого высокого искусства переходим на анекдоты. На хрена нам это надо! Я никогда их не записывал, в отличие от Юры Никулина. Когда мне в очередной раз рассказывали эти анекдоты, я делал вид, что мне смешно, ха-ха-ха, а у самого было недоумение: чего же это я в анекдоты влез? Ну их, не будем о них разговаривать.


— После “Семнадцати мгновений…” у вас была космическая слава. Скажите, пожалуйста, как нужно дружить с головой, чтобы остаться при том приличным, нормальным человеком?

— Никакой славы ни тогда, ни сейчас я не чувствовал, и меня это не интересует. Меня устраивало, что картину с удовольствием смотрят. Да, узнают на улице, но это лишь значит, что на данном этапе я выполнил свою миссию. И мне было радостно на душе. Не надо мне никакой славы, лишь бы была работа, лишь бы были здоровы мои внуки и лишь бы в нашей жизни было все как идет, по нарастающей, с улучшением, с ускорением. Чувствуется, все лучше становится жить. Может, с чем-то я и не согласен, но поступательное движение есть. И этим живешь и дышишь.

— Странно. Многие люди вашего поколения, наоборот, хают эту новую жизнь на чем свет стоит. А тем более вы, который в советское время был привилегированным актером, партийным, если вас, конечно, это не обидит.

— Я с властью не общался, а общался по жизни только с простыми людьми. На улице, с соседями, с друзьями. Я никогда в жизни не стремился быть партийным актером. Хотя недавно в предвыборную кампанию меня приглашали какие-то партии, чтобы я вступил в них и стал депутатом… этой… забыл…

— …Государственной думы.

— Ой, спасибо, а то я не знаю, как это называется. Когда я недавно лежал с инфарктом в ЦКБ, ко мне никого не пускали. Но вот одному человеку я разрешил, чтобы его впустили. Он пришел ко мне в палату…

— Это был Путин?

— Нет, категорически нет. Это был один из руководителей фракции в Государственной думе. Называть не буду, не хочу. Но я не имею права ругать эту жизнь и восхвалять то, что было. Я и в советское время собирал бутылки, чтобы хоть как-то протянуть до зарплаты. А сейчас у меня пенсия есть, которая меня устраивает абсолютно. Спасибо государству за заботу.

— Простите, но какая у вас пенсия?! Тысяч 10—12, не больше!

— Может, даже меньше. Я не считал. Но получишь, и на расходы хватает — от пенсии до пенсии. Я не стремился быть богатым, но и бедным себя не ощущал. Я этим не озабочен.

Вот с удовольствием читаю вашу газету. Что-то мне нравится, что-то не очень, но больше нравится. Каждый год ее выписываю. Так что все нормально, жизнь идет своим чередом. Я ведь из простой семьи, из рабочей, у меня и отец простой, и дед. И женщины, среди которых я жил, тоже трудились очень много. Видимо, эту рабочую закваску я и впитал в себя. Она во мне существует, хотя и князей дважды пришлось играть. Но все равно во мне лежит уважение к людям, которые меня окружали, к людям с рабочими руками и очень доброй душой.

— Скажите, пожалуйста, с Нонной Викторовной Мордюковой вы сейчас хоть как-то общаетесь?


— Мы вместе учились, и у нас обоих первая картина — “Молодая гвардия”. И даже сын родился, Володя, к сожалению, рано он ушел. Но потом нас развела жизнь, творчество. Я стал играть князей, а Нонна Викторовна деревенскую тему разрабатывала. Она прекрасная, замечательная актриса. Но жизнь уже прожита, и ничего не вернешь назад. То, что мы в свое время расстались, — я не жалею об этом. Было много и замечательного, и горького, и обидного. И предательства были.

— Но вы с Нонной Викторовной очень разные люди.

— Это правда. Было время после нашего развода, когда мне негде было ночевать, и я жил у друга. Денег не было, большой зарплаты тоже, и занять было не у кого. Но занять пришлось… у самого себя. Когда я снимался в картине “Две жизни”, мне предложили купить машину. Поставили в список в очередь на “Москвич” 407-й модели, и Пырьев мне сказал: “Внеси деньги и покупай”. А я думаю: что делать, я в списке, а денег-то нет! Пошел к замечательному нашему директору студии им. Горького Григорию Ивановичу Бритикову, рассказал ситуацию и спросил: “Может быть, можно за всю мою работу в “Двух жизнях” получить все деньги сразу, купить машину, а потом сниматься бесплатно?” Он поверил мне, разрешил. Вот так я впервые купил машину. А того друга, у которого я ночевал, уже нет. Много ушло друзей. Смотришь на телефон и думаешь: “Чего же ты молчишь?” И мне позвонить некому. Нету их, тех людей, на которых я мог бы опереться в этой жизни. Одиночество…

— Но у вас же супруга, дочь, внуки…

— Есть одиночество физическое, но есть еще и духовное. Я сейчас живу воспоминаниями того доброго, что было в моей жизни, в детстве с родителями, в юности и потом уже в работе. А теперь почти все близкие по духу мне люди ушли, а я еще задержался.

— Вы часто вспоминаете своего сына Володю? Он же был красавец, талантливый артист…

— У каждого человека написана на роду своя судьба. Есть причины, о которых распространяться не стоит. Он так рано ушел, к сожалению. Да, данные у него были неплохие, которые он унаследовал от отца, видимо, и от матери. Вот нет Володи, а может быть, он мне бы сейчас как-то помог... Но с ним случилось непредвиденное. Наверное, я в этом виноват.

— Вячеслав Васильевич, вы не чувствуете себя старомодным человеком?

— Но я же не могу быть иным, какой я есть — такой есть. Такими были мои предки, которых я помню, и я таким остался. Я иду вместе со всей страной, которая живет, растут наши дети, и, надеюсь, все будет о’кей!


************************

Анна Тихонова — дочь Вячеслава Васильевича от второго брака. В лихие 90-е снималась в кино, на ее счету около 10 ролей. Однако тогда работой артиста было не прокормиться, и Аня ушла в продюсеры. Но сейчас главный ее проект — два “вождя краснокожих”, каждому по два года и семь месяцев от роду, сыновья Слава и Гоша.

— Ваши первые воспоминания об отце?


— У меня все смешалось: то ли я сама помню, то ли воспоминания навеяли старые пленки… Вот мне три или четыре года, мы гуляем в каком-то садике. Или: мы с папой в зоопарке, он меня сажает на пони. Помню его светлую “Волгу”, которая появлялась в воротах нашей дачи, и мою необыкновенную радость по этому поводу. А в Москве сначала мы жили в однокомнатной квартире на Фрунзенской, где я родилась, потом переехали, и вот там часто собирались гости. Помню, папа сидел во главе стола, очень веселый, общительный. Помню, как мы ходили в цирк на Цветном бульваре. Папа очень дружил с Никулиным, и когда Юрий Владимирович нам звонил, то всегда разыгрывал: “Это зоомагазин?” Помню себя у бабушки, потому что родители все время были заняты. Потом папа приезжал со съемок и меня забирал.

— После фильма “Семнадцать мгновений весны”, прошедшего по ТВ в 1973 году, вы, тогда совсем еще маленькая девочка, помните бешеную популярность, свалившуюся на Вячеслава Васильевича?


— Да, конечно, пройти с ним спокойно нигде нельзя было. А как только люди узнавали, кто я, сразу начинали на меня глазеть, перешептываться. Мне становилось не по себе. Хотелось скорей слинять. Было очень тяжело в то время. А сейчас, с годами, все уже не так, иначе, да и ажиотаж не такой, как тогда.

— Судя по тому, что вы часто жили у дедушки с бабушкой, то были лишены постоянного общения с Вячеславом Васильевичем. Он интересовался вашими школьными делами, отметками?

— Он никогда не спрашивал у меня отчета о моих оценках. Да я и сама училась хорошо, а еще занималась музыкой, танцами. Зато на даче папа преображался — играл с моими друзьями в вышибалы, футбол. Это был праздник!

— Но когда вы уже стали девушкой взрослой и самостоятельной, наверняка конфликтовали с отцом?

— Сильных расхождений я не помню. Да, я любила пошалить, но не слишком. Старалась домой приходить не очень поздно. Папа держал меня не в ежовых рукавицах, но в рамках. Наоборот, какое-то время я с ним была даже более близка и откровенна, чем с мамой. Ему я при желании могла рассказать любую свою историю, он меня понимал. Я часто по его лицу видела, как он за меня переживает. Иногда казалось, что он хотел кому-нибудь морду за меня набить.

— Вы знакомили его со своими молодыми людьми?

— Он их всех знал. Друзья приходили домой, приезжали на дачу, и он с ними нормально общался. Он не вдавался в подробности, но ко всем присматривался. Был, правда, случай на съемках, когда мы вместе снимались, и один актер начал со мной заигрывать. Вот тут папа не грубо, но жестко это пресек, сказал ему пару слов по-мужски.

— Какая-то идеальная картинка у нас получается: Вячеслав Васильевич и понимающий, и толерантный, и мудрый. А говорят, он человек замкнутый, весь в себе.

— Он и замкнутый, и в себе. Это все одно с другим сочетается. Поэтому-то папа не вступает ни в какие разбирательства ни с кем. Он не любит навязывать свое мнение. Хотя потом мне может намекнуть о своем отношении к человеку, и я это сразу пойму. Но сам ни с кем отношения не выясняет, всегда держится в стороне.

— Что, он такой спокойный, тихий даже человек, и никогда не мог раздражаться, кричать?

— Мог. Он человек взрывной и очень темпераментный.

— То есть он из тех, кто долго носит обиду, боль в себе, а потом в момент может это с гневом выплеснуть? Тогда Вячеслав Васильевич опасный человек.

— Да, опасный, и это бывает очень тяжело. Вот мама у меня другая. Если ей что не нравится, она тут же об этом скажет. Папа же будет долго терпеть, но потом, когда это перельется… В детстве я всегда боялась таких моментов, когда он начинал шуметь, повышать голос. Когда это случается, из него идет такая бешеная энергетика! Это страшно.

— А за что же это он так на вас набрасывался?

— Однажды была история, когда я его обманула: сказала, что поеду к подруге, а сама отправилась на свидание со своим парнем, который через несколько лет стал моим мужем. Тогда я уже в институте училась. Папа позвонил подруге, а меня там нет. Когда я пришла, он мне учинил жуткий разнос.

— Но вы–то уже были тогда в солидном возрасте, а значит, имели право на свою жизнь.

— Я же обманула папу, поэтому сама виновата, ведь он за меня волновался. Надо было сказать все как есть.

— Вы общаетесь с Нонной Мордюковой?


— Нет. Но я отношусь к ней с уважением, потому что это не столько даже бывшая жена моего отца, но мать моего брата. Брата Володю я очень любила, хотя не могу сказать, что мы часто общались. Я Нонну Викторовну никак не могу ни обсуждать, ни осуждать. Если мы где-то изредка встречаемся, то здороваемся, не более того.

— С Володей вы встречались у вас дома?


— Да, он приезжал, пил чай, рассказывал, как учится в институте. Он Щуку закончил. Говорил мне: “Вот, сестра, закончишь школу, поступишь в наш институт…” Рассказывал, чему меня будут учить, показывал этюды. Мне он очень нравился, хотя я его немножечко побаивалась. Володя казался мне большим, с таким низким мужским голосом. Он же меня старше на шестнадцать лет. Когда я поступила во ВГИК, я решила, что уже выросла и теперь могу подружиться с Володей. Но через несколько дней, к сожалению, его не стало. Мне очень жаль, что случилась эта трагедия. Может, если бы мы чаще общались, этого не произошло.

— Вячеслав Васильевич много общался с Володей?

— Общался, но не при мне. Когда Володя к нам приходил, мы сначала с ним говорили, а потом он уходил к папе в комнату, и дверь закрывалась. О чем они разговаривали, не знаю. Иногда из-за стенки я слышала строгий папин голос, но не более того. Володя был очень добрый человек, хороший, никогда ни о ком плохого слова не говорил. Судьба у него была непростая. Но он ни на кого не жаловался.

— В чем причина его смерти?

— Ну что об этом говорить. Я никогда не видела Володю в состоянии опьянения. Возможно, его гибель связана с наркотиками, но точно этого сказать я не могу.

— Как Вячеслав Васильевич пережил смерть сына?

— Эта тема закрыта, она живет глубоко в нем. Это трагедия для отца. Ведь Володя жил с ним до 15 лет. Он его вырастил.

— Вашему папе хорошо наедине с собой?

— Думаю, да. Он читает много, все время что-то обдумывает, вспоминает. У него были сильные удары в жизни, поэтому со временем он еще больше ушел в себя. Он не хочет выходить в люди, сниматься, да и предложений достойных нет. А народная любовь, как и любовь коллег, часто остается только на словах.

— Когда я сказал в редакции, что еду на дачу к Тихонову, многие коллеги мне говорили: “Какая же у него несчастливая личная жизнь”. Какие у Вячеслава Васильевича сейчас отношения с вашей мамой?


— Жизнь прожить не поле перейти. И любовь была, и сложности. Из-за необходимости часто ходить в поликлинику, мама иногда подолгу живет в Москве, но при первой возможности приезжает на дачу, и тогда вся семья опять собирается вместе. Но папина личная жизнь — большая загадка.

— Что вы имеете в виду? Люди прочтут и подумают, что речь идет о каких-то других женщинах.

— Все возможно. Речь идет о прошлом. Пусть думают что хотят. Просто я не хочу, чтобы возникло впечатление, будто его личная жизнь несчастна. Да, было в ней много тяжелого. Но и много радостного.

— Пик популярности у Вячеслава Васильевича ушел вместе с Советским Союзом. Но он пользовался как-то своей славой?

— К сожалению, не очень-то. Хотя, наверное, надо было бы. Но в папе нет деловой, коммерческой хватки, он всегда был увлечен только своей профессией. Он никогда не был звездным, тусовочным, как сейчас это принято называть. Он умеет с разными людьми вести себя по-разному. С простыми — простой, а с непростыми становится сложнее не бывает. Он был и остается звездой высокого уровня и умеет себя вести как звезда. Это, конечно, не понты дешевые, просто он не будет ни с кем разговаривать запанибрата. Вообще папа — человек непростой и человек настроения.

— Вы были с папой за границей?

— Да, в Китае и во Франции. В Китае он очень популярен, его там на улицах все узнавали.

— Какие у Вячеслава Васильевича отношения с зятем, то есть с вашим мужем Колей?

— Хорошие. Они все время выходят с ним покурить на крылечко, поболтать. Он с ним общается сейчас гораздо больше, чем со мной. Я-то все с детьми. Конфликтов у папы с Колей нет вообще, зато со мной — пожалуйста. Если даже его недовольство относится к другому, он все равно выясняет отношения со мной.

— За что же он сейчас-то на вас нападает?

— За то, что дети, наверное, скоро разломают всю дачу. Такие они буйные. Им по два года и семь месяцев, и названы они в честь своих дедов — Слава и Гоша. Вячеслав Васильевич хочет, чтобы я их строже воспитывала. Но я так не могу и не хочу.

— А он ворчит на внуков?

— Он с ними разговаривает по-деловому. Иногда даже достаточно жестко, типа: “А ты спросил это у мамы? А это тебе можно?” И я слышу, как они ему кричат в ответ: “Да можно, можно!” А он, наверное, хочет, чтобы я сказала: “Нельзя!”

— Иногда с возрастом человек становится невыносимым, все время брюзжит, всем недоволен. А бывает наоборот, к старости люди становятся мудрее, добрее и даже современнее. Вячеслав Васильевич в каком направлении развивается?


— Раньше у него были разные увлечения: рыбалка, за грибами мы ходили. А сейчас от всего себя оградил. Никуда не выходит. Общения он избегает. Наверное, пресытился этим в молодости.

— И что, даже не гуляет?

— Нет, почему, выходит на берег речки… Мы с ним на рынок в Одинцово выезжаем — там его все узнают, сбегаются, дарят фрукты, овощи. Ему это приятно. Но вот как-то мы поехали на рынок, и папа решил одеться так, чтобы его не узнали. Нацепил черные очки, шапку и говорит нам с мужем: “Вы идите впереди, а я пойду сзади, незаметно”. Я оглянулась: папа вышагивал с тростью, как денди по Бродвею. Мы смеялись от души. Это было зрелище! Наверное, он так прикалывался. Он вообще человек с юмором: смотрит, к примеру, новости и над всеми хохмит. А вообще он по телевизору глядит в основном канал “Культура” или “Спорт” — он же болельщик, а еще иногда концерты.

— Попсу?

— А почему нет? Он так отдыхает.

— А как великий артист живет в плане материальном?

— Выходят фильмы с его участием, а никаких денег он за это не получает. А еще в Москве открылись два ресторана “Штирлиц”, но никто даже разрешения не спросил, не предложил хоть какой-то суммы. Это беспредел. Я не хочу сказать, что папа бедствует, но, конечно, живет не так, как должен жить. И никто не хочет об этом думать. Вот я обратилась в одну инстанцию по поводу его юбилейного вечера, попросила какие-то деньги. Мне ответили: “Пожалуйста, напишите заявку, мы вас выставим на конкурс”. Но, по-моему, свои конкурсы он уже давно выиграл. Поэтому никакой заявки, конечно же, я писать не стала.

Метки: Штирлиц, советское кино
Дата неизвестна

Источник: Московский комсомолец



Комментарии пользователей

11.02.2018 01:07
борис

из всего видно - жена бросила мужа импотента и в денежном смысле и по его здоровью!!!
12.06.2012 19:17
алеся

Анна,а вам самой не противно? Ваши постоянные требования денег от отца,от государства, вам все должны.А где ваш долг перед отцом,любящим отцом. Простите,но кроме омерзения вы ничего не вызываете и ваша мамочка тоже.

Добавить комментарий

Ваше имя: 
Собщение: 
 
Подарки от поклонников
Подарок для Екатерина Крутилина кому: Екатерина Крутилина
от:
Подарок для Екатерина Крутилина кому: Екатерина Крутилина
от: Константин
Привет Екатерина.Не буду тянуть из далека,а скажу сразу,что ты понравилась мне когда...
Подарок для Группа Кватро кому: Группа Кватро
от: ЕЛЕНА!
Дорогие ребята!Дарю ВАМ это сердце как знак моей искренней любви и восхищения!Спасибо...
Подарок для Марина Девятова кому: Марина Девятова
от: Нина
Дорогая Марина!Поздравляю ВАС!Желаю Вам счастья и здоровья,УДАЧИ и благополучия!Большое...
Сделай звезде подарок


Интервью ТОП 20
Чача о жизни и о другом...А. Иванов
Беседа Сильвии Сайнт с Клиффордом КремеромС. Сэйнт
Сладкое интервью с Tracktor Bowling. Часть IIГ. TRACKTOR BOWLING
Гоген Солнцев интервью журналу "Лицо"Г. Солнцев
«Уход из «Сплина» был для меня большой авантюрой»Я. Николенко
Мы никогда не косили под Хор ТурецкогоГ. Кватро
Настоящая Алена Пискун А. Пискун
Интервью с Сергеем ПерегудовымС. Перегудов
«От «Фабрики звезд» и «Евровидения» у меня...С. Гейман
Рауф: «Я стал опытнее и честнее»Р. Кубаев
Добавить интервью...Смотреть все...

Последние комментарии
ГАЛИНА 09.10.2018 23:31
МЫ ВАС ЛЮБИМ
В. Тарасова
татьяна 01.10.2018 13:22
Майкл джексон великий и как артист и как человек . люблю его
М. Джексон
Ольга 18.09.2018 12:59
Это был великий человек! Он был дан людям, как самый великий дар,...
М. Джексон
Ольга 21.07.2018 16:29
Спасибо..
И. Ларин
Сам Либкинд 26.06.2018 14:55
Кто-нибудь может мне помочь найти Петра Зальцмана?
Когда-то...
П. Зальцман
08.2018. Лидия Слушала вас в единственном концерте в Петропавловске-Камчатском в апреле 2017 года, 08.06.2018 04:11
Слушала вас в единственном концерте в Петропавловске-Камчатском в...
Г. Кватро
Дмитрий 14.05.2018 10:31
Вообщето Есенин писал аранжировки и сочинял музыку. А Эрик...
г. Hi-Fi
ВЕРА 27.04.2018 20:22
ТАЛАНТЛИВАЯ И ОЧЕНЬ КРАСИВЫЙ ЧЕЛОВЕК!!!
Л. Вайкуле
руся 17.04.2018 21:44
отличный артист! сегодня на бабушке 100 летней женился))
Г. Солнцев
Зинаида Григорьевна 14.04.2018 21:10
К сожалению после ухода Дениса Вертунова группа несколько...
Г. Кватро




* При полном или частичном использовании материалов ссылка на источник обязательна

© Inter-view.org 2008 - 2018